Или как Адмирал туземцев перевоспитывал
Дело было еще в дружной семье братских народов СССР, но перед самым её распадом.
Шли мы на катамаранах по реке Нарын. Да именно шли, потому что давно известно, что матросы и их капитаны по воде именно ходят, а плавает, как известно дерьмо по Енисею.
Нарын – мощная река на Центральном Тянь-Шане, которая сливаясь с Карадарьей образует великую Сырдарью – самую большую реку Средней Азии.
В городишке Казарман нам нужно было отправить телеграмму. Причалили к набережной, заваленной железобетонными плитами. Два человека пошли искать почту, а оставшиеся шестеро сидели на железобетоне, жадно вытягивая дым из бумажных трубочек туго набитых сушеной травой…
Дело в том, что несколькими днями раньше, при сплаве по реке Арпа, во время серьезной аварии погибли все запасы сигарет и за много дней у всех уже уши опухли от отсутствия отравляющих веществ.
Но стоило только причалить к берегу в Казармане, как мгновенно материализовался дородный киргиз (годов 30 от роду) и вместо «здрасте» спросил «сало есть». Ну, да, а какой киргиз не любит сало?!
Сало конечно было. Как украинские путешественники и без сала?!
Адмирал (руководитель экспедиции) задал киргизу неподобающий вопрос, который мог задать только кафир (неверный): «А как же аллах?».
На что киргиз, не моргнув глазом, ответил: «А я сало ночью ем, когда Аллах не видит. Хохлы в армии научили!».
В результате коротких переговоров отборное украинское сало было обменяно на хреновые киргизские сигареты без фильтра.
…Поэтому все с наслаждением вдыхали ядовитый дым злого киргизского табака…
…Метрах в трёхстах от набережной виднелось здание школы. Прозвучал звонок и орава учеников с шумом и толкотней вывалилась в школьный двор. Надо сказать, что в этом плане киргизские детишки ничем не отличаются от всех иных.
От детской толпы отделились двое и направились в нашу сторону, явно привлеченные одетыми на нас ярко-оранжевыми страховочными жилетами.
Чем ближе подходили казарманские школьники, тем сильнее они вызывали удивление.
— Закурить не найдётся? — спросил один из них вместо приветствия.
— А вам, сколько лет? – спросил Адмирал, в то время когда все остальные сидели с отвисшими челюстями.
— 16, мы в 9 классе учимся, курить уже можно.
Шокированный Адмирал протянул подросткам сигареты, но тут же начал нравоучительную речь.
— Вы откуда, такие?
— Из школы, сейчас большая перемена.
— И что, в таком виде с уроков?
— Да с уроков.
— И что, этот тоже? – спросил Адмирал, показывая на подростка, который всё время молчал.
— И он тоже.
— И в таком виде его пускают на уроки?
— Пускают. Ему так нравится, и он всегда так ходит.
Эта парочка выглядела очень экстравагантно.
Тот, что говорил, был одет в костюм, белую рубашку и туфли, в руках у него был портфель «дипломат».
У второго, того что молчал (как оказалось, он фактически не знал русских слов) на ногах красовались босоножки, а на голове прическа «а-ля мама-зона». Другая одежда на его теле отсутствовала. Разумеется, что печать интеллекта не коснулась лица этого субъекта. Также не коснулся его тела пубертатный период, который выражается в первую очередь в появлении вторичных половых признаков. Во всяком случае, лобок у аборигена был так же гол и гладок, как и колени. Маловероятно, что он его обрил перед походом в школу. Тем не менее, конец его первичного полового признака болтался где-то на уровне коленей и имел в длину, как бы сказали англичане «не менее десяти дюймов» (дюйм – мера длины, составляющая 2,54 см).
Естественно, что вид этой «сладкой парочки» аборигенов не мог не шокировать. Особенно, если учесть, что среди шести человек, наслаждающихся табачным дымом, было два доктора наук и два кандидата наук (в основном физико-математических).
Чтобы это не показалось трепом, уточню:
— Гена Кузнецов, д.н., зав научной лабораторией КГУ им. Т.Шевченко (по совместительству Адмирал);
— Володя Скаржепа, д.н., зав кафедрой кибернетики и телемеханики Киевского политеха;
— Валера Казимиренко, к.н., ведущий конструктор Киевского НИИ «Криоэлектроника» (очень военного и очень секретного);
— Юра Шорин, к.н., зав какой-то кафедрой Кишиневского политеха.
Ясен пень, что такие уважаемые люди, профессора, которым постоянно приходится иметь дело со студентами не могли своей ученой сущностью постигнуть всей глубины происходящего, — как можно годами ходить в школу в совершенно голом виде и при этом родители, учителя и одноклассники совершенно никак не реагируют, потому что привыкли?!
Адмирал начал читать подросткам лекцию о морали, приличии и правилах поведения в обществе. Обращаясь через «переводчика» к голожопому киргизу, спросил:
— Тебе что родители одежды не покупают, или у них денег нет, так мы сейчас скинемся…
— Нет, мне и так хорошо, — отвечал киргиз с голой сракой через «переводчика» — сотоварища.
Но всё же стыд был ему не чужд. Когда Адмирал через друга начал психологическое давление, подросток явно занервничал.
В Киргизии редко идут дожди. В нашем случае дождя не было недели две-три, а температура воздуха днем в тени доходила до +35°С. Грунт – конгломерат. Это глина вперемежку с круглыми камнями. Сильный ветер и палящее солнце перетирают грунт в пыль, которая покрывает землю слоем 5-10 сантиметров.
Голожопый киргиз от адмиральских нравоучений (к которым время от времени подключались и другие профессора) распереживался. Он сел на корточки и нервно курил, сплевывая после каждой затяжки. При этом конец его детородного органа на одну треть погрузился в пыль, которая доходила ему до щиколоток.
После выкуривания 3-4 сигарет, на слое пыли между ног казарманского аборигена от его плевков образовалось небольшое «озерцо». Вероятно решив, что с него достаточно нравоучений, голожопый киргиз деловито вытащил из пыли первичный половой признак, воткнул его в «озерцо» и так же деловито размешал слюни с пылью, наподобие того, как хозяйки мешают жидкое тесто для блинов.
Потом голожопый резко встал, вытер детородный орган об ляжку и сказал в сторону Адмирала: «Анан банан бара ам», типа послал. Правда, куда послал, осталось только догадываться.
Накуренные аборигены пошли в сторону школы, а ошарашенный Адмирал только и произнес: «Да, восток – дело тонкое». В этот момент Адмирал, наверное, в полной мере осознал, как трудно было товарищу Сухову из «Белого Солнца пустыни».
В Казармане с давних советских времен располагается золотоносное месторождение Макмал и золотоизвлекающий комбинат «Макмалзолото». В 2015 году китайская компания «Джи Эл Макмал Девелопинг» заключила с правительством Киргизии сделку на строительство нового золотоизвлекающего завода (и почти построила его). Но местные жители пикетируют завод и даже подожгли, нанеся ущерб более 2 млн. баксов. Им не нравится, что пострадает экология Казармана.
Так и живут, как показано на фотографии. И вполне возможно, что в митингах участвует и голожопый киргиз, а возможно и его дети…
©Игорь Проваторов